aspida

Есть пространное желание выговорить сюда что-то псевдодневниковое, не знаю, отчего. Так вот, пожалуй, и поступлю.

Очень давно не постил сюда снов, ( и незачем начинать снова. Очень много буков. )

А дома тихо, мирно, пахнет свежим пластиком, влажным деревом и немного пылью, а также молчаливый котик. У нас тут холодное лето, и в целом всё прекрасно.

_

Снилось, как я показывал ornata, что кот (видимо, Турецкий, только совсем маленький) любит залезать в тюбик зубной пасты. Беру с полки в ванной пластиковую тубу, стоящую на крышке, показываю напросвет — тёмное пятно. Переворачиваю, открываю, наклоняю — из дырочки плавно выдавливается кошачья голова, потом, видимо, спохватившись, влезает обратно, что-то делает внутри (ещё поесть захотел), и вылезает уже весь, перемазанный за головой зубной пастой; начинает облизываться.

_

( mr. Selfdestruct )

_

Вчера вечером, перегрузившись протяжною песнью зелёных надкрыл, унёс зверя в закуток, где гардеробная, поставил на стеллаж и завесил одеялком. Чтобы, значит, всем хорошо было, и мне и ему и вообще, бо всё-таки полтора часа монотонной скрипки над ухом делают своё чёрное дело.

А утром Витюша, юный натуралист, открыл каким-то образом принесённый мною на место террариум, после чего, сидя на подоконнике, держа в правой лапке, согнутой этак вот, как они умеют, ложечкой, кузнечика — головой к себе, будто микрофон, играючи хватает животное за голову ртом. Оужас, думаю я про себя, Витюшенька, говорю вслух, перестань — и тут же подбегаю и отбираю, значит, насекомое, у которого, на поверку, всё такой же невозмутимый залихватский вид, только вот нету задней и передней лапок с правой стороны. Последствия игры в одни ворота.

И так его жаль стало — как же ты, думаю, замечательный мой, будешь теперь. Несмертельно оно всё, выкормить-то уж как-нибудь выкормим, но ведь уже не поиграть толком, не походить. Тоска. Bad, Витюша, bad, говорю, как же ты, волк ангорский, так мог, по что зверька обидел. Читающая на диване Жабушка резонно заметила, что ведь охотник, как иначе-то. Да и не со зла, поиграл просто как мог. Ну, резонно, сам виноват, конечно же, надо было следить за всеми. Мы ещё какое-то время пообсуждали это событие и все текущие дела, требующие решений, я вернул паренька в его келью, и пошёл жить дальше.

И так грустил, так грустил. Пока не проснулся.

_

Вообще о пору утренних визитов во внутренний кинотеатр мне вот подумалось, что кровать суть дверной проём. Каждый вечер приходим туда, открываем одеяло-дверь, становимся на порог, и закрываемся. И так и стоим всю ночь на пороге, не шагая в тот мир — страшно. Или непривычно. Или вообще. Просто смотрим на его картинки, кому на сколько хватает зоркости.

*
Помимо прочего долго беседовал со своим экс-экс-экс боссом. Он был одержим идеей сфотографировать свою таксу, которой уже нет, на фоне руля, с растопыренными ушами и наклоненной вниз мордой. Этим самым он должен был каким-то образом обстебать логотип мерседеса. Памятуя опыт нашей совместной работы, я всячески отказывался от участия в этом прожекте, и подробно объяснил, что нужно, и как сделать это так, чтобы обойтись одному. Как обычно, мне вряд ли удалось его в чём-то убедить.

_

Придумал новое сравнение. Сплю как губка. Кое-как отодрал голову от подушки, зато за два часа я успел побывать в сердце страстей в клубе у Злодея, а также прокатиться из зимы в  лето из города Семипалатинск в город Барнаул, отчего-то практически стоя на месте, но всё же перемещаясь в автобусе, среди каких-то добродушных тётушек и бабушек. Семипалатинск чертовски разбросан по уровням, перепады высот там невероятные, и очень много рельсов. А в Барнауле почему-то название улицы «Профсоюзной» (пролетарской? про...?) на стене дома было сдублировано по-грузински.

Адреса дядюшки в этом городе я не знал, потому что забыл перед выездом уточнить его у мамы. Мобильный пуст (блин, надо заплатить), денег почему-то нет.

Я совершенно не зря прожил эти два часа, да.

_

Снятся змеи или пауки. Либо они разбегаются, либо уже разбежались, и очень часто с ними что-нибудь случается, а я уже не могу им помочь. Нынче вот, к примеру, паукиня сначала потеряла чуть не все ходильные конечности с левой стороны, а потом и вовсе разбилась, упав со шторы. Зато оставила прелестное потомство, два паука один другого меньше. Было очень её жаль.

Безнадёга какая-то. Надо, видимо, пережить несколько побегов, укусов и безопасных для обеих сторон захватов, чтобы твёрдо вбить в себя навыки обращения с той или иной экстраситуацией, тогда ночи станут спокойней.

_

Очень, очень жаль, что нету у меня адекватного способа передачи визуальных образов из оттуда. Про место говорить слишком долго, да и кому оно понравится, сюжет тоже вряд ли кто осилит, но вот расскажу про очень яркую деталь.

В лифте еду я, мужчина среднего возраста, весьма доброжелательный и такой, похожий на очень гостеприимного хозяина (но, тем не менее, satan. Дада, тот самый, аццкий. И мы у него в ацу). Женщина, которая вдруг очень легко встраивается в разговор, и стягивает внимание на себя — обычная женщина в сером пальто и такой же шляпке. И.
Штаны на дяденьке. Сначала кажется, что он неприлично неодет. Потом я понимаю, что он что-то достаёт из кармана. Потом я вижу место, где кончается его бок, и начинаются штаны — и понимаю, что всё просто. Штаны просто из кожи человечьей. Со всеми пирогами — характерная фактура, живой такой весёлый цвет, между прочим, волосы чёрные (мужская кожа, ага). Пупок, недалеко от паха. Ширинки нет. Зато есть неровная линия больших таких ожогов-печатей, над линией колен, вдавленных, с лёгкой краснотой вокруг. А на поясе у этих чудоштанов, справа, такой красный лейблик, на котором два черепа один за другим, чем-то неуловимо похожих на театральную эмблему с масками.

Две мысли. Первая — почему этого никто не видит? Такие штаники на собеседнике вовсе не располагают к доверительной беседе, а именно такую вели с этим человеком вообще все, кого я видел. Я в том числе.
И вторая — если это и не made by hell из кожи грешников, то уж наверняка подрезано в середине прошлого века из германских мастерских с альтернативными источниками материалов. Там, вроде, тоже человечьей кожей задурялись.

*
И третья, конечно же, мысль. Может, правда накуриться?

_

Я проснулся во-первых оттого, что плоть мою терзала нежно муха, которая бродила, хаотически выбирая места посадок и прогулок, а во-вторых оттого, что мне было как-то настолько стыдно перед котом, и так его жаль невероятно, что спать дальше, не попросив у него прощения я как-то не смог. Матеря про себя назойливую крылатую бестию, я повернулся и погладил мирно спящего рядом котейку, что, само собой, было встречено с энтузиазмом и даже где-то охотой.

А всё дело в чём? Я вот во сне побывал в какой-то одной псевдореальности, и попал во вторую, где, я точно в курсе, меня, временно существующего в роли пилота какого-то мегасамолётища, должны были захватить и переправить куда-то вроде как на Марс (пррривет, Red Faction). Впрочем, не это важно, я знал сюжет наперёд, и знал, что и как и когда делать, чтобы выйти изо всех передряг наилучшим образом. Действие началось с комнаты, где я был заперт, и, как в заправском квесте, надо было найти необходимые предметы, собрать их и унести с собой, им предстояло пригодиться после, каждому в своё время. Уйти я никак не мог, потому что на полу стали обнаруживаться всё новые и новые стеклянные камни, такая бижутерия, котоую нужно было на что-то впоследствие обменять.

А Турецкий, который обнаружился в какой-то момент недалеко от меня, ползающего по полу за этими камнями, начал говорить. Он сидел с печальным лицом, направленным мимо, куда-то, в сторону, где должно было быть окно, и что-то взахлёб говорил очень тонким жалобным голосом, с характерной кошачьей дикцией, длинными мурлычащими "ррр" и "мяяаа".

Говорил что-то невероятное. Что именно — вылетело из головы. Как смысл текста после прочтения тамошних книг.

*
Вообще порой сдаётся, что он и здесь мог бы, да что-то всё никак не придумает, с чего начать.

_

У меня во сне по-настоящему побаливает спина. И я прошу в нём девушку, которая, будучи приятной и непосредственной, демонстрирует мне касаниями подошв температуру своих ног (вовсе не холодные, девушка), в конце концов "забредает" на спину, и я прошу её наступить поосновательней, чтобы тот самый коварный позвонок запрыгнул обратно в свой слот в позвоночном магазине.

А вообще-то мы собирались с ней как-то соревновательно рисовать. Наперегонки чтоли?

_

В том мире, где гуляет моё сознание пока я сплю, есть фирма, которая производит великолепные инструменты для деревообработки. высококласснейшая сталь, воронёные красивые лезвия резцов, приятное дерево. Широчайший спектр. Названия не нашёл, видел логотип. Что-то вроде этого, погрешности переноса из мира в мир:


Ещё Оззи, который был там же, чьи и были инструменты, показывал прекрасные торты, которые декорировались почему-то деревянными вставками для стилизации под домик и что-то ещё, а также простую картинку на листе А4, ручкой, просто линиями. Когда он её поворачивал, сначала из какого-то толи лица, толи ещё чего-то, она превращалась в птицу над ночной деревушкой, а потом в лошадиную улыбающуюся морду. Вот этого осилить в перенос я уже вряд ли.

_

Нет смысла пересказывать то, что было, ибо это всё мелочи. Это был совершенно обычный фильм о школьной юности какой-то компании, где мы с «братом» были заводилами. Но кульминация, она же финал, прекрасна — последней сентенцией сна была театрально драматичная, по-закадровому совершенная фраза фильмового летописца. Рассказчик стоит у сложенных крест-накрест, как для сушки, досок в штабеле и рубит _совковой_ лопатой одну из них. Его повзрослевший эквивалент за кадром, с нажимом и сожалением: „Но почему МЫ!! так упорно поддерживали друг в друге эту иллюзию, что «дышать свободой» означало «дышать мародёрством и дровами»?!“

_

утром я проснулся оттого, что мне было стыдно. стыдно по факту того, что я написал вечером. при этом всём нельзя было не согласиться с рассудком, что, во-первых, "словоневоробей", а во-вторых, даже если есть желание стыдливо изменить что-то путём истирания сказаннаго из лент, то для этого надо как минимум встать.

выяснилось, что, во-первых, я сплю  вверх ногами. то есть голова моя несонаправлена кровати, если за её направление принять сторону, в которую положена подушка. во-вторых, в комнате холодно, но от этого даже как-то приятно (но как же бедная бабочка, подумал организм, и был прав. она, впрочем, не подавала признаков недовольства. не путать с "не подавала признаков жизни"). в-третьих, до меня дошло, что последним снившимся была престранная кинолента о большом доме с длинными коридорами и комнатами. там были хозяева, я в гостях, и сбежавшие психи, которые умерли. умерли. лежали на полу, почему-то наполовину высунувшись из дверных проёмов, в полумрачных коридорах. с гримасами ужаса. врачи, что встречались в коридорах, казалось, присутствуют а) для того, чтобы зафиксировать факт смерти («— доктор, а они чтоли правда умерли? вот так вот прямо все и сразу?» «— ну да, они сбежали большой партией из психлечебницы. слабые сердца, ну и, может, всплеск какой-нибудь солнечной активности»), и б) — пошинковать их электроножами на куски, чтобы гарантированно избавить от них общество, и увезти. оказалось, что очень не по себе перешагивать через мёртвое тело, а было нужно это сделать. по сторонам в коридорах лежали окровавленые кишочки, а врач в конце коридора бодро свистел фрезою, морщась от разлетающейся крови. дело спорилось.

покачать головой было трудно.

пойду, думаю, поиграю, как будто я паровоз. пошёл. съел угля, запил водой, притоптал аспирином, для свежести в кабине. затопить это дело не решился, памятуя о том, что днём ранее помимо всего прочего был кальян, и как следствие дым, и что сегодня я почему-то совсем не в восторге от этого всего. к тому же — ну куда я поеду в таком виде? а если не ехать, то зачем разводить пары?..

котёл, сдобренный угольком и водой, порой приветливо урчит. стёкла в кабине пока запотевшие. всё это учит умеренности, други мои. думаю, учит. думаю, вряд ли быстро научит…


_

сегодня такой день странных снов, как я понял. много кому что-то сниится-снится.

я вот тоже не стал исключением.

( достал? пропусти! )

на этом фоне, zu, ваши "обрюзгшие лилипуты" показались какой-то тайной перекличкой. остаётся какое-то ощущение вселенской общности. объяснить не берусь.

_

( достал? пропусти! )

_

( что до сегодняшних историй со снами, то  ) вот как всё было.

ещё сегодня вечер был окрашен сайленскитом. ребята на концерте совершенно охуительны. как всегда — плюс живых концертов в их неповторимости и драйве, минус — в относительно заламленном громкостью звуке.

слов нет. одни положительные эмоции. супер. "завтра снова пойду" ©

_

( незачем вовсе )

_

то есть id выполнили программу-минимум, мне приснился-таки d3. ( хотя, может и сага по мотивам )

чем вся история кончилась, не помню. помню, что рядом, у лица, сидел турецкий и всячески старался вселить в меня уверенность, что он золотой кот, да просто чудо какой кот, где таких котов вообще делают, да что б я без него делал, и как бы жил, и вапще, тятя, не представляешь ты, какое счастие у тебя прямо перед носом сидит и всем видом показывает, что тебе и делать-то ничего не нужно, чтобы это счастие у тебя было. ну, может, разве что, покормить чуть-чуть, но ты, тятя, на это внимания не обращай, это я так, а я тебе пока лицо вот тут почешу, хорошо, правда? может, когтей добавить чуть? или вот тут, может, почесать, или помыть тебе тут, может? или вот, наверное, тебя носом погладить?.. ну пойдём, раз проснулся, покажу где миска…

_

снилась вода.
какой-то тихий берег реки со странными насекомыми в чуть мутной береговой воде. там, на берегу, кто-то оставил леску, привязанную к воткнутому в ил прутику. вынул, проверил — крючок есть. кто-то тут до меня сидел с этим, думаю. посмотрел по сторонам в поисках наживки, нашёл явные следы "раскопок" под рядом стоящими тонкими деревцами.
копнул — а там толстые, настолько, что лёжа на земле теряют форму тела вращения, сплющиваясь под собственным весом, дождевые черви.
много.

розово-бурые.

_

…это были двое мужчин, двое женихов, и у каждого, соответственно, невеста. они радовались беспечно и гуляли по городу, заходя в разные рестораны и дома, и всюду, где были они, внезапно умирали птички. умирали, потому что был человек, который следил, ходил тайно следом, человек в шляпе и чёрном жилете, и это он — он взглядом и умыслом убивал птичек. потом он убил и невест. и женихи пришли, весёлые и чуть запыхавшиеся, а в гостиной сидит две мёртвые невесты. тут как-то невзначай раскрылись козни чёрного человека, и стало ясно, что все эти странности его рук (глаз) дело, и было решено его наказать. но действовать приходилось осторожно, ведь "тот, кто убивает, становится тем, кого убивает"

( женщины-невесты, меж тем, попали в ад )

курить, говорите вы? на это нет времени! можно просто лечь и поспать. вопрос: откуда они такие приходят, сны?

_

да, кстати. видел во сне морса, который играл "воспоминание об альгамбре", сидя у меня в текущей квартире на кухне. очень неплохо, к слову, играл, только тремоло, имхо, немного стаккатированным выходило. и ещё как-то он в конце концов странно стал "переходить на звукоизвлечение медиатором". двигал, правда, почему-то в равной степени и рукой и гитарой, в противофазе.

был, кстати, не лысым, а таким, образца года 97.

_

zui, почему вы мне снитесь? %)

в те моменты, когда мне не снятся ретрансляторы сотовых сетей на весенней даче, закреплённые растяжками из цепей с огромной толщины звеньями, бродячие собаки, которые умеют вставать на задние лапы (выглядя при этом чрезвычайно глупо, и похоже на простых бомжей), одетые при этом в грязные и драные сине-фиолетовые спортивные костюмы, машины, увозящие с дачной территории огромные полуразвалившиеся макеты голов, сделанных из рифлёного тонкого пластика.

ведь сниться, говорят, прерогатива zurfreude? =))

_

ну, что смешно — то, что это всё же были не самолёты. но вертолёты =)

то есть во сне снова всё летало.

домой шёл. через странные разнородные здания, частные дома. мой — на параллельной улице, я было дёрнулся пойти с женщиной и ребёнком, что шли чуть впереди, и которым открыл дверь в их дом их отец/муж (сквозь их дом можно было прийти в мой). но подумал — зачем, буду я сейчас людям мешать, нет уж. пошёл дальше. мимо высоких красивых ворот, мимо… ага. вот и вертолёты. на этот раз падают они управляемо, и группой. они начинают вдруг выдавать какие-то осмысленные кривые. вертолёты, видимо, военные, потому что шума винтов не слышно. да! это курсанты за рулём, видно, как сосредоточенно они ведут всю группу машин, каждый свою, машин теперь уже здорово похожих формой на автомобили (поразительно, думаю, как ловко придумано — летят ведь практически касаясь жухлой высокой травы, будто едут машины, и вдруг, как кошки, подпрыгивают вверх и парят над землёй). экзамен по вождению сдают, дуаю я, следя восторженно за их полётом. но один вот упал, у окраины, у чьёго-то забора. чёрт. дорогая ведь поди машина, уже горит. подхожу, помогаю тушить, предлагаю оттащить горящий остов от забора — чтоб пламя не перекинулось. потом начинаю возвращать водетелю разбитой машины лежащую в кармане пилотку (хмм), которую туда сунул во время тушения, в суматохе, но хозяин говорит "оставь себе, на память". улыбаюсь, спрашиваю у группы, устало глядящей в остатки вертолёта: — а где учитесь, орлы? они начинают улыбаться и рассказывать что-то. потом прощаемся, их увозят обратно в часть, а я иду дальше по делам, вдруг замечая в углу забора крыжовниковый куст. с ягодами, размером в добрый апельсин. хотел сорвать, но укололся. и передумал.

_

сегодня во сне, в числе прочего декаданса, надо было есть живую кошку. потому что какая-то глобальная заваруха и другой еды не предвиделось.

кошка была чёрной, и на срезе похожа на копчёную курицу. она не кричала при процедуре, а просто молча крутила головой. было непонятно, как же её будет есть zhena, потому что она мяса не ест, но по всему судя, есть она её всё же собиралась.

были самолёты (какой-то, блин, пункт прямо), которые разгонял по полосе не их собственный двигатель, а какой-то тягач на колёсах. девочка, сидевшая рядом, вспоминала с раздражением, что это какой-то маленький грузовой самолёт.

ещё был дождь, странная аптека, куда все пошли искать какое-то лекарство (?) для меня, молчаливый китаец, вошедший с улицы в автобус, и унитаз, стоящий в нише, под огромным стеклянным баком с жёлтой прозрачной жидкостью.

в аптеке, полной мутной воды, одна девушка сказала, что не станет нам говорить того, что они ей приказали нам сказать, а вторая. сказала. не поднимая рук из воды: "у меня на руке нет двух пальцев. у меня на руке нет одного пальца. а после этого должны прийти они"

***

было ужасно не по себе.

_

размётанные философией и дождём под аккомпанемент битвы в hexen II луквокругом, сны.

***

мы играли в Hexen. так, как люди ездят играть в пэйнтбол, например, правда, более жёстко — никто не знал, как бы нам закончить игру, отбиваться уже было нечем, и я начал кружить по карте, среди замковых строений и пещер, чтобы увести супостатов от остальных двоих. бегал долго, медленно осознавая, что бегаю по кругу, но, тем не менее не бесполезно, отвлекающий манёвр удался. тут вдруг меня заносит в какие-то места, совсем не вяжущиеся по отделке с игрой. неужели это технические помещения для персонала, обслуживающего игру? похоже, да. а вот и девушка, в белом свитере, переодевающаяся, чтобы уйти домой. на вопросы она спешно ретируется, видимо, совсем не желая быть замеченной.

однако, дверь, куда она вышла, я увидел, и, прокричав своим оставшимся двоим, что выход есть, вышел сам.

попал на базар. долго искал на нём оставленную там, кажется, гитару. в конце концов вышел, и пошёл по серому дождливому дню, ступая в чёрный мокрый асфальт. неся гитару в кофре за спиной. вдруг — у перехода услышал до боли знакомую вещь, пошёл посмотреть ближе, а там, сидя прямо у входа, на ступенях, хорошо одетый молодой человек в очках (все мы, надо отметить, в чёрных плащах на 8/10 роста) играет. фламенко. и где-то недалеко человек постарше (и играющий похуже), пытается подыграть, дабы показать, что тоже знаком. я сажусь рядом, напротив, на ступени, снимаю гитару, кладу её на пол, и достаю лист бумаги, на котором собираюсь писать (что?), положив его на кофр, однако, делается это всё лишь чтобы послушать.

подходит незнакомый мужчина, тоже с гитарным кофром за спиной (день гитар, блин), и говорит, что ему кажется, что я взял его гитару по ошибке, и испортил её, и что следует пойти туда, за угол, чтобы в присутствии милиции всё выяснить. что ж, говорю я ему, пойдёмте, выясним. иду, и думаю — глупо, чёрт возьми, зачем иду? что он мне доказать хочет?

а за углом, в безлюдье, стоит машина, типа "буханки"-уазика, пустая. а рядом милиционер (*свой, поди, в паре они работают*). мужик перессказывает ему жалобу, на что блюститель предлагает нам показать содержимое кофров. мужик расстёгивает свой, и достаёт оттуда деревянный футляр (зачем? так не бывает, гитара сразу лежит в кофре, без посредников), который, действительно, чем-то закапан. я открываю свой кофр, а там… а там лежит в разобранном виде в специальном чемоданчике… винтовка. большая, навороченная винтовка, причём, видимо, новой какой-то конструкции, я таких не видел. мент начинает, потирая руки, и приговаривая "вот, значит, молодой человек, что вы тут носите под видом гитары, оказывается. мм.. нехорошо", начинает винтовку собирать. я, в ступоре, стою и думаю — чёрт, надо ж так было вляпаться, как ребёнка подставили. а мент с мужиком тут же мне говорят, что всего за пятьсот рублей они могут всё замять.

я начинаю думать о том, что же мне делать, потому что у меня есть и пятьсот рублей с собой, и желание уйти, их не отдавая. и тут появляется о н а. в белой куртке. глядит с интересом на моё лицо (хм… симпатичная. кто это? я её не знаю), и тут же, с места в карьер, начинает как-то мне помогать, шепча, чтобы я уходил, и отвлекая внимание двоих на себя. пока я всё это делаю, она возвращается ко мне и спрашивает мой телефон, совсем беззастенчиво и легко придвигаясь всё ближе, чисто и ясно улыбаясь. телефон я ей дал, за что она начала со мной целоваться.

***

на этой радужной ноте было решено проснуться, с ощущением крайней степени счастья.


ну и кто ты? я тебя видел.

_